Успешно защищаем интересы бизнеса
Ставрополь, ул. Ленина, д. 228, оф. 167     +7-8652-296-999

ПУБЛИКАЦИИ

 

 

 

Журнал / Pro КРАЙ Апрель 2016 N 4 (110)

Текст Светланы Ландиной

Рейдеры: мнимая угроза?

Земельный вопрос сегодня очень актуален для всех аграриев. Особенно в свете того, что в ближайшие два года на Ставрополье пройдет масштабное перезаключение договоров аренды земельных паев. Мы решили разобраться во всех нюансах этого вопроса вместе с Сергеем Клушиным, генеральным директором Северо-Кавказского юридического агентства.

 

- Сергей Владимирович, по мнению нашего губернатора, массовый передел земли создает почву для спекуляций и рейдерских захватов, что в дальнейшем может привести к развалу крупных хозяйств края, и, как следствие, к безработице и росту социальной напряженности на селе. Насколько реальна такая угроза?

- Я бы не стал ее преувеличивать. Но есть люди, которым выгодно, чтобы  все так и думали. Некоторые председатели СПК воспринимают хозяйства как свою собственность и ведут себя соответственно. От них часто можно слышать: «Это мой колхоз, я его создал и обеспечил процветание». Как правило, ни для кого, кроме руководства  сельхозпредприятия, такое отношение не сулит ничего хорошего. Работники не могут похвастаться достойной зарплатой, а  собственники земли – справедливыми отчислениями за пай.  А если, например, доходит до закономерного возмущения со стороны пайщиков, председатель часто пытается представить это как попытку рейдерского захвата.  Сейчас многим хозяйствам предстоит перезаключение договоров на аренду земли, которые были заключены в 2001 году. А это значит, что подобные разговоры мы услышим еще не раз.

- По каким причинам сложилась такая ситуация?

- Дело в том, что в свое время долговременные договоры с собственниками земельных долей носили, скажем так, формальный характер. По сути, землю распределяли между всеми членами колхоза, а затем предлагалось сдать паи в обмен на обещание регулярно выдавать зерно, сахар, масло и прочий натурпродукт. Сейчас правосознание у собственников изменилось. И естественно, многие из них уже более взвешенно будут подходить к перезаключению договоров. Этим и обусловлено беспокойство тех, кто хотел бы сохранить существующее положение дел. А тем временем по мере развития экономики цена земли выросла в разы, существенно повысилась доходность с одного гектара. Но арендная плата не претерпела никаких изменений. За счет возросших доходов председатели колхозов стали получать огромные прибыли, не забывая при каждом удобном случае напоминать, что хозяйство существует только благодаря их личным заслугам, и если дать людям волю, то они растащат его на маленькие наделы, тем самым угробив все «великие достижения». Надо сказать, что на многих такие «страшилки» действуют.

- Но разве это может как-то влиять на глобальную расстановку сил в земельных спорах?

- Проблема в том, что на опасениях, что могут прийти чужие люди и развалить хозяйства, такие председатели играют и во взаимоотношениях с краевой властью. И это работает! Повлиять на федеральное законодательство сложно. Однако можно максимально использовать административный ресурс на местном уровне. Официальная позиция губернатора основывается на том, что массовый передел земли создает почву для спекуляций и рейдерских захватов. Все это в дальнейшем может привести к развалу крупных хозяйств края, и, как следствие, к безработице и росту социальной напряженности на селе. В связи с этим поручено «взять процесс перезаключения договоров на особый контроль». То есть формально собственники земли вольны распоряжаться ею по своему усмотрению, но в реальности это максимально усложнено.

- Но это ведь действенная мера против настоящих рейдеров?

- Отчасти да. Но с другой стороны, если какой-то работяга захочет основать собственный бизнес, отделившись от большого хозяйства, то против него будет работать вся административная машина.

- Что же делать в такой ситуации?

 - Не хотите, чтобы люди уходили -  создайте систему партнерства, сделайте гибкую систему арендных платежей, чтобы это было обоюдовыгодно. Чтобы людям стало выгоднее работать в этом СПК, нежели думать о своем деле. А когда «прославленные председатели», «великие хозяйственники» с грамотами и медалями держат автопарк из пяти «мерседесов» (при этом премиальные авто числятся на балансе колхоза), что тут еще скажешь? Один такой «передовой председатель» из своего СПК  «подогнал» на 18-летие своему внуку участок земли в тысячу гектаров. И колхоз взял у внука этот участок в аренду по завышенной ставке, таким образом обеспечив внуку за счет колхозников безбедное существование на всю оставшуюся жизнь. И таких примеров достаточно по всей стране. Но есть и другие - когда руководители процветающих предприятий вместе с администрацией  участвуют в различных государственных программах, например, по софинансированию  ремонта дорог в поселках. На средства предприятий строятся детские и спортивные площадки. Такие хозяйства постоянно оказывают помощь школам и детским садам. А пенсионеры, проживающие в населенных пунктах, на территории которых находятся данные предприятия, регулярно получают от них социальную поддержку. Но было время, когда и эти предприятия переживали сложности и были, что называется, на грани. Однако нашлись люди, которые сумели навести там порядок. И сегодня трудящиеся там достойно зарабатывают, а передовики и вовсе  выезжают отдыхать за рубеж. Примеров, когда за короткий период времени новые люди превращали неблагополучное хозяйство в передовое сельхозпредприятие, гораздо больше, чем случаев негативного влияния так называемых рейдеров.

- Какой вывод можно сделать из этого?

- В любом случае, здоровая конкуренция, открытость реформам и возможности их осуществлять – это путь вперед. Только таким образом наше село может успешно развиваться и благополучно жить.